Центр защиты леса Пензенской области
регионы России
Внимание - Акция!75 лет ПобедыПоэзияСМИ о насСфера деятельностиО насУслугиНовостиПубликацииКонтакты
Карта филиалов
Российского центра защиты леса
Посмотреть филиалы списком
закрыть

Общая информация

Прямая линия лесной охраны

8-800-100-94-00

 

 

 

Стопятидесятилетний юбилей Засурского образцового лесничества

 2014 г. исполнилось сто пятьдесят лет Засурскому образцовому лесничеству. Истоки создания и начало развития этого лесничества имеют связть с учреждением Корпуса лесничих. В то время Министерством государственных имуществ, в состав которого был включен Лесной департамент, под непосредственным руководством Министра графа П. Д. Киселева, впервые предпринимались меры по проведению лесоустройства во всех казенных лесах в целях правильного лесного хозяйства и обеспечения постоянства пользования лесом по примеру применявшегося тогда метода в прусских лесах в Германии, тем самым он стремился оберегать леса от истощения, неумеренными рубками. Но для осуществления этой задачи общегосударственного масштаба потребовалось немало времени и денежных средств по подготовке специалистов лесоустройства и организации системы управления лесами, как в центре, так и на местах.

Первым делом при Министерстве госимущества в составе Лесного департамента в 1839 г. был создан Корпус лесничих. Это была своеобразная корпорация военного устройства, включающая в себя всех чинов: губернского лесного управления и учебных лесных заведений, постоянную лесную стражу - все соединялось в Корпусе лесничих. Общее ведение всем чинам Корпуса лесничих поручалось инспектору Корпуса (директору), а ближайший надзор за действиями чинов Вице-инспектору (заместителю).

Леса губернии разделялись на: округа, дистанции, лесничества, участки, объезды, обходы. При каждом обходе предположено водворить особое семейство, охранять обход служащим пешим стрелком с его помощником и запасными стрелками. В объезде надзирает лесной конный объездчик, или унтер-офицер, в лесничестве начальствует лесничий, а в лесном участке - подлесничий на правах ротного командира, в округе командует лесной стражей - окружной лесничий на правах батальонного командира. В губернии над всею лесной стражей, под ведением Палаты Государственных имуществ, начальствует губернский лесничий на правах командира полка.

В интересах улучшения ведения лесного хозяйства все казенные леса по различию климата и местности были разделены на шесть инспекций под надзором особых вице-инспекторов Корпуса Лесничих. В каждой вице-инспекции предполагалось избрать удобнейшие и ближайшие к центру инспеции лесные дачи и в них создать образцовые лесничества.

Как известно, начало организации лесничеств в Российских лесах относиться к 1826 г. Засурско - Селиксинская дача первоначально была включена в состав Городищенского лесничества. Но так как она в то время имела широкую известность как самая лучшая в Пензенской губернии по качеству древостоев, расположена всего в 6 верстах от губернского города, следовательно, соответствовала признакам, разработанным Корпусом лесничих для организации образцовых лесничих. Поэтому лесоустройство дачи было проведено в числе первых в 1844 г., но оно не было утверждено из-за низкого качества таксации. Повторные таксации проводились в 1848 г., 1854 г., 1858 г. которые так же не были успешными, что объясняется недостатком специалистов, а местные лесничие и инспектора, которым поручалось проведение лесоустроительных работ, не имели достаточных знаний и опыта для качественного выполнения важного государственного задания, хотя для них было издано: "Наставление к описанию лесов по сокращенной форме".

Лесничий Засурского образцового лесничества Бажанов Николай Александрович в своем выступлении на собрании Лесного Общества в Санкт-Петербурге 2-го марта 1890 г. со ссылкой на публикации Зобова Николая Матвеевича, профессора таксации Лесного института, в газете за 1859 г. № 26 "Лесоводство и охота", сообщал о ведении лесного хозяйства в Засурско-Селиксинской даче за последующие полтора десята лет после проведения первого лесоустройства: "Хозяйство велось в даче до настоящего времени не совсем соответственно с теми требованиями, которые налагаются лесоустройством. При ведении лесосек не соблюдались семенные годы; в сосновых участках лесосеки делались несоразмерной величины, отчего естественное возобновление было не удачно, проходная же рубка состояла в выборе лучших дерев, а не болезненных или отставших в росте, как это требовалось таксационными распоряжениями; лесосеки не очищались уборкой валежника, сучьев и вершин и вообще Засурско-Селиксинская дача отличается от неустроенных только тем, что она разбита на квартала. Разумеется, во всем виновата не таксация, а ее исполнители. Предстоящая подробная ревизия этой дачи укажет без сомнения все хозяйственные меры, которыми дача может быть приведена в лучшее состояние".

Такой прогноз Н. М. Зобова был пророческим. Несколько лет спустя, в 1864 г., лесничим Засурского лесничества Корпусом лесничих был назначен выпускник С.-Петербургского лесного института, стажировавшийся два года в Германии, Александр Фелицианович Рудзкий, ставший в последующем крупным ученым лесоводом, заведовавший в течении 25 лет кафедрой лесоустройства в С.-Петербургском лесном институте, автором книги "Лесоустройство" и других книг, редактором ряда журналов, редактором "Полной энциклопедии русского хозяйства и соприкасающихся с ним наук", вышедшей в 1901 г., не утративший своей актуальности до настоящего времени.

Перед вступлением в 1864 г. Рудзского А. Ф. в должность Засурского лесничества Селиксинская дача была отделена от Городищенского лесничества, и на ее базе было создано Засурско-Селиксинское образцовое лесничество.

Засурско-Селиксинская дача по характеристике лесов и административному расположению соответствовала принципам организации образцового лесного хозяйства, принятым Лесным департаментом. Но это осуществилось спуста более 20 лет после принятия решения об учреждении образцовых лесных хозяйств для практического показа конкретных объектов будущим лесничим перед вступлением их в должность. Актуальность постановки, таким образом, вопроса была связана с назревшей необходимостью грамотного подхода к организации проведения лесохозяйственных работ и лесопользования во всех лесничествах, а единственное специальное учебное заведение С.-Петербургский лесной институт не в состоянии был обеспечить кадрами специалистов всех лесничеств.

С назначением на должность лесничего Рудзкого А. Ф. состоялся и статус Засурского лесничества образцовым. Такой статус отдельным лесничествам по решению Лесного департамента присваивался не потому, что в них был действительно образцовый порядок в проведении лесохозяйственных мероприятий и лесопользования, а для того чтобы состояние насаждений позволяло сделать их в короткий срок действительно образцовыми и как базу по организации учебно-познавательных экскурсий лесничими других лесничеств, и посмотреть какие надо выращивать леса и как надо для этого выполнять практически лесохозяйственные мероприятия. По теперешним понятиям образцовые лесничества представляли собой базу для проведения семинаров и широкого распространения этого опыта на другие лесничества.

Лесничий Рудзский А. Ф., вступив в должность, прежде всего, организовал проведение лесоустройства, которое было одобрено и утверждено Министерством госимущества. С этого времени, как отмечается в выступлении Н. А. Бажанова, ведение хозяйства в лесничестве становиться правильным. Лесосеки разрабатывались хозяйственным способом, т. е. лесничеством за счет средств казны: заготовлялись бревна, дрова, доски, тес, хворост, тонкие ветки и вообще остатки складывались в кучи и как имевшие спрос также продавались. На охоту, сбор лесных плодов, добывание глины, песка, торфяной и боровой земли, были установлены лесные билеты. Самовольная пастьба скота строго преследовалась. Продажа заготовленных материалов производилась лесничим с оплатой по оплатой по таксе с надбавкой стоимости заготовки в % на затраченный на заготовку капитал. Продавался также заготовленный материал от прореживания густых сосновых молодняков. Только от этой операции казна имела ежегодный доход 14 000 рублей. Рудзский увеличил доход казны до такого уровня, какого не было в лесничестве ни до него, ни после. Глубоко изучив местные условия и потребности окружающего населения, лесничий, облаченный доверием и властью, пользовался всяким удобным случаем производить заготовку и продажу материалов по заявленным сортиментам, что обеспечивало повышение прибыли казне.

Лесничий Бажанов Н. А. подробно докладывал Собранию Лесного Общества о применявшейся технологии посадки культур сосны и ухода за ними в первые два три года. А технология в те времена была очень и очень примитивна. Лопата и мотыга применялись повсюду как орудия труда при поденной оплате. На одну десятину в год казна выделяла по смете 2 рубля при исполнении путем рыхления почвы и удаления сорных трав женщинами 8 человек, т. е. 25 копеек на каждую работницу. Малейшее отступление от такой технологии составляло угрозу репутации лесничему, а может быть и пребывании в должности. Бажанов Н. А. предлагал при составлении смет стоимости работ на десятине определять только деньгами в 2 рубля без указания числа рабочих и справочных цен. "Большей частью неуспех лесокультурных работ, - говорил Бажанов, - относиться именно к постановке вопроса расходования выделяемых сметой денег только восьми рабочих и обязанности лесничего в этом отношении исполнять предписанное".

При снятии с лесничего ограничений по количеству рабочих дней он найдет самостоятельно рабочих, способных выполнить уход за саженцами и всходами сосны за 20 копеек в день, не только путем очистки от сорняков и рыхления почвы, но и срубить заглушающию их лиственную поросль, при этом экономия составит за 2 - 3 года до 6 руб. 40 коп. с десятины. А при выполнении таких работ на 1000 десятин, казна избавиться от непроизводительного расходования сресдств 6400 руб.

Как видим, бюракратии в те времена было предостаточно, что сдерживало развитие технологии воспроизводства лесов и других лесохозяйственных мероприятий. Согласно данным "Лесного альманаха" за 1880 г. в среднем за три предыдущих года в Засурском лесничестве отпуск леса со сплошной рубкой произведен на площади 959 десятин из 17 тыс. десятин общей площади лесов лесничества, т. е. 1/18 часть лесов вырубалась за год сплошными рубками. Площадь ежегодных культур в среднем за последние три года 57 десятин, т. е. всего 5,5 % от сплошных рубок. По Пензенской области губернии сплошных рубок 1805 десятин, а площадь культур 102 десятины или 1,1 %. Очень низок объем культур, тем не менее, в Засурском лесничестве он в 5 раз выше. За 26 - летний период с года деятельности Засурского лесничества с 1864 по 1890 гг. посажено культур сосны в лесничестве 400 десятин, а пустырей от невозобновившихся сплошных рубок образовалось 2000 десятин.

Посевы и посадка леса в те времена применялись лишь на 8 - 11 % от всех сплошных вырубок. На искусственное лесовозобновление до начала восьмидесятых годов (19 века) отпускались крайне незначительные средства - в среднем около 1582 руб. на губерню. Поэтому такие ценные и трудно возобновляемые породы как дуб и сосна отсутствовали в естественно образовавшихся молодняках, а зачастую на месте вырубок возникали пустыри.

Такова история Засурского образцового лесничества по ведению лесного хозяйства за период с 1864 по 1890 гг. описание которой стало возможным благодаря оставленному нам в наследство печатному труду лесничего Бажанова Николая Александровича. Приходится сожалеть, что его предшественники лесничие Рудзский А. А., Гарф Г. К. и Елухин Г. Ф. не оставили ничего подобного в печатном виде о своей работе.

Пребывание Рудзского А. Ф. в должности лесничего Засурского лесничего было недолгим - всего четыре года. При наличии образцового состояния значительных площадей сосновых насаждений спелого и приспевающего возраста им было организовано образцовое по тем временам ведение лесного хозяйства - выращивание сеянцев в питомнике для производства лесных культур, рубки ухода за лесом, заготовка древесины в порядке сплошнолесосечных рубок и ее реализация потребителям, обеспечение высокого дохода казны, приведение насаждений в надлежащее санитарное состояние и т. д., но к сожалению, не известно, проводились ли семинары с лесничими других лесничеств на базе образцового - показательного Засурского лесничества, была ли реализована на практике передача опыта образцового ведения лесного хозяйства другим лесничествам? Поэтому, в общем, по инетересующему вопросу никаких публикаций не обнаружено. Несмотря на высокую интенсивность сплошнолесосечных рубок в Засурском лесничестве четверть века спустя после его создания образцовые сосновые насасждения не были истреблены, что свидетельствует о бережном к ним отношении. Как сообщает лесничий Н. А. Бажанов по данным лесоустройства 1888 г. сосновые насаждения в лесничестве занимали 27 % от общей площади, запас древесины в древостоях 100 - 120 - летнего возраста составляет 60 куб. сажень на десятине или 583 м3/га, а в возрасте до 80 лет 45 куб. сажень (360 м3/га).

Эти данные свидетельствуют о том, что почти полвека спуста после первого лесоустройства, с 1844 г. продуктивность хвойных насаждений в Засурском лесничестве продолжала оставаться очень высокой, соответственно продолжала оставаться и известность лесничества как образцового. Не случайно, поэтому в 1888 году при Засурском лесничестве была открыта низшая лесная школа для подготовки кадров низового звена: объездчиков, лесокультурных надзирателей, лесных кондукторов. Организатором низших лесных школ и автором учебников было опытный педагог в сфере лесоводства и геодезии вице-инспектор Корпуса лесничих Тихонов Василий Андреевич.

Школа была построена в 7 километрах от Пензы на лесной поляне за р. Сурой, у опушки знаменитых высокопродуктивных Засурских боров, где теперь в Ахунах по улице Спартаковская № 9 выстроено здание, в котором размещается ФБУ "Рослесозащита" - "ЦЗЛ Пензенской области". Число учащихся в школе было  невелико - 20 чел. При школе была квартира лесничего, он и его помощник - преподаватели. В зимнее время преобладали уроки теоритической направленности, в летние месяцы воспитаникам отводилось больше времени практическим работам на питомнике, уходу за лесом, отводам лесосек и т. д.

В 1891 г. в должность лесничего Засурского лесничества вступил Милованов Александр Михайлович. Его лесная служебная иерархия довольно подробно описана в очерке Юрия Баталина, опубликованном в журнале "Сура" № 5 за 1997 г., под заголовком "Ученый лесовод Милованов и его дочь Наталья". Пензенские лесоводы признательны автору этого очерка за внимание к судьбам лесоводов, и чтут о них память в исторической связи с развитием лесного хозяйства Пензенской области. Некоторое время спустя об этом лесничем прозвучала трехминутная передача Юлии Швыревой по Пензенскому радио. Тридцатипятилетняя служба Лесничего Милованова Пензенскому лесу достойна быть известной широкому кругу лесоводов и общественности. Он выходец из старинного дворянского рода, занесенного в "Бархатную книгу" дворянской генералогии. В 1871 г. Александр Михайлович Милованов после окончания Санкт-Петербургского земледельческого института с отделением специальности "Лесоводство" (так назывался с 1865 по 1877 гг. С.-Петербургский лесной институт) был зачислен в Корпус лесничих в качестве действительного студента сельского хозяйства и лесоводства. А указом Правительствующего Сената от 5 мая 1872 г. был направлен в Засурское образцовое лесничество на должность младшего таксатора (техника по оценке лесов). Приказом по Корпусу лесничих от 24 апреля 1881 г. назначен старшим таксатором, а от 9 апреля 1889 г. № 5 в возрасте 46 лет Александр Михайлович назначен на должность лесничего Засурского лесничества. На этой должности он прослужил 17 лет и в 1906 г. в возрасте 63 лет ушел в отставку.

Согласно "Табелю о рангах" со времен Петра I лицам, находящимся на государственной службе Указами Правительствующего Сената за успехи по службе присваивали чины, соответствующих званий. Александру Михайловичу по истечении трехлетней службы был присвоин чин Коллежского Секретаря, еще через три года - Титулярного Советника, через следующие три года он стал Надворным Советником, а по случаю ухода в отставку ему присвоин чин Статского Советника, что соответствовало воинскому званию "генерал-майор", и обращение к нему полагалось начинать со слов: "Ваше высокородие". В 1881 г. он был награжден орденом Святого Станислава 3 степени, в 1889 г. орденом Святой Анны 3 степени.

Лесничий Милованов А. М. получал в год: жалования 700 руб., столовых 250 руб., разъездных  300 руб., канцелярских 280 руб., а всего 1600 руб., в 1894 г. предписанием Лесного Департамента назначено пособие 150 руб. До Милованова А. М. лесничий Засурского лесничества получал жалование 400 руб., разъездных 250 руб. В тоже время лесничие лесничеств Краснослободского, 1-го Городищенского, 2-го Городищенского, 3-го Городищенского, Керенского получали жаловния по 300 руб., разъездных по 175 руб., а лесничеств Инсарского, Нижнеломовского, Пензенского, Саранского, Наровчатского, Мокшанского получали жалования по 250 руб., разъездных 120 - 175 руб. Как видим, жалования лесничего Засурского лесничества было более высоким по сравнению с другими лесничествами, а Милованову было установлено почти в два раза выше, чем его предшественникам, а по сравнению с другими лесничествами более чем в два раза. Это, несомненно, означает, что в течение всего 35-летнего стажа он служил безупречно.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что все назначения на должность проходили как Указы Правительствующего Сената или приказами по Корпусу лесничих. Таким образом, назначенное на должность лицо как бы пользовалось покровительством Сената от прихотей местного начальства и соответственно не просто лишить его должности. Сознание этого придавало государственным служащим чувство независимости и помогало выполнять свои обязанности заботливо, преданно делу и Отечеству.

К сожалению, в очерке Юрия Баталина нет данных ни об объемах выполняемых лесохозяйственных работ в Засурском лесничестве, ни о видах выполняемых мероприятий, экономических показателей и т. д. Но повышения по службе, награды и премии выдаются только по заслугам. Поэтому есть достаточно оснований считать, что Засурское лесничество и при лесничем Милованове продолжало быть образцовым как по исторически сложившимся обстоятельствам, так и по времени его пребывании в должности. В заключении рассказа об этом замечательном лесничем нельзя обойти вниманием о почестях, с какими провожали его, как теперь говорят, на заслуженный отдых.

Как знак благодарной памяти о совместной службе его сослуживцы составили "Адрес", любовно хранившийся в обтянутой темно-зеленым бархатом, в папке у дочери Александра Михайловича - Натальи Александровны, текст которого полностью помещен упомянутом выше очерке Юрия Баталина. Мы также в знак доброй памяти считаем нужным поместить текст этого "Адреса".

"Ваше Высокородие,  Глубокоуважаемый Александр Михайлович!

В течение семнадцатилетнего управления Вами Засурским лесничеством, Вы всегда с неизменной добротой и теплым чувством относились к нам, Вашим помощникам и всей вверенного Вам лесничества лесной страже. Из обратившихся к Вам в случае несчастья и нужды никто и никогда не уходл от Вас, не получив благого совета и добрых указаний.

Ваше сердце всегда было полно искренней любви ко всем Вашим подчиненным, а все Ваши действия были направлены к совершению им только добра. Всем лесопромышленникам и другим лицам, обращавшимся к Вам, Вы всегда с любовью разъясняли их недоразумения и исправляли их ошибки. Вы ровно относились ко всем, не обращая внимания на их происхождение, состояние и общественное положение, а Ваша доброта и доступность для всех породили к Вам доверие и общую любовь.

При Вас открылась лесная школа. Ее воспитаники всегда находили в Вас заместителия родного отца, доброго попечителя и справедливого начальника, а преподаватели - разумного и умелого руководителя. Устроенные под Вашим просвещенным наблюдением обширные лесные питомники составили важное и необходимое учебное пособие для питомцем Вашей школы и служат богатым источником для удовлетворения разным посадочным материалом всех, нуждающихся в нем.

Ныне, расставаясь с Вами, мы, ваши помощники, вся лесная стража, лесопромышленники и все, соприкасавшихся с Вами лица, проникнуты чувстом глубочайшей благодарности и беспредельного уважения к Вам, моля Бога о продлении Вашей жизни в полном здравии и благоденствии, просим принять, как слабое выражение наших чувств, настоящий адрес и икону Святого Благоверного Великого Княза Александра Невского, который да будет постоянным заступником перед Господом Богом".

В конце адреса - двадцать подписей коллего Александра Михайловича, лесной стражи, а также тридцать шесть фамилий уважаемых в городе и губрении людей, изъявивших желание присоединиться к числу лиц, подписавших адрес.

Вот таким был лесничий Засурского лесничества среди коллег по службе и в общении с теми, кому довелось быть потребителями лесоматериалов в лесничестве из числа жителей г. Пензы и близлежащих селений. С той поры минуло более века, а содержание "Адреса" тронет и теперь душу каждого читающего. Приемником Милованова А. М. стал его помощник Шапошников Н. В., о котором в журнале "Лесовод" за 1928 год № 4, стр. 25, опубликована статья под заголовком "Н. В. Шапошников (к награждению его званием Героя Труда)". Цитируем отдельные абзацы этой статьи.

"Начав службу по лесному ведомству в год окончания Лесного иститута (1887 г.) в должности помощника лесничего в образцовом Засурском лесничестве, он в течении 26 лет состоял лесничим и преподавателем при лесничестве лесной школы, выпустив за это время кадры молодых работников леса - помощников лесничих, землемеров, лесомелиораторов, культурных надзирателей и др.

Здесь же им положено много труда по созданию очень ценного торгового лесного питомника площадью 45 гектаров, привлекшего своей образцовой постановкой внимание ряда крупных специалистов и широких кругов населения. Особый интерес привлекли работы Н. В. Шапошникова по акклиматизации иноземных растений".

Лесная школа при Засурском лесничестве открылась в 1888 г., т. е. на год позднее вступления Шапошникова Н. В. в должность помощника лесничего, а Милованов А. М. в это время был еще старшим таксатором, в должность лесничего он был  назначен в 1889 г. и прослужил в этом качестве до 1906 г. Следовательно, Н. В. Шапошников состоял в должности помощника лесничего в течение 19 лет, остальные 7 лет он занимал должность лесничего, прослужив в Засурском лесничестве 26 лет, до 1913 г.

В лесных школах той поры преподавателями согласно положению были лесничий и помощник лесничего, таким образом, вполне правомерно Шапошников Н. В. воспитывал в школе молодое поколение лесоводов четверть века с гаком.

Как видно из "Адреса..." А. М. Милованову, им созданы обширные лесные питомники, что свидетельствует о большом масштабе лесовосстановительных работ того времени в лесничестве. Питомников было создано три: № 1 - средний, площадь 1,5 га; теперь через этот бывший питомник проходит ул. Входная в Ахунах. Питомник № 2 - верхний, площадь 6 га - это часть Ахунского дендрария, а питомник № 3 - нижний, площадь 2,1 га, на луговых землях за территорией санатория им. Володарского. Общая площадь питомников 9,1 га. Это, по тем временам действительно были обширные питомники, созданные в разных почвенных условиях, что вполне логично с лесоводственной точки зрения, так как такая целесообразность вытекает из биоэкологических свойств различных древесных пород. На питомниках трудились в основном воспитанники лесной школы, выращивая посадочный материал для лесных культур и озеленения.

Вступив в должность лесничего, Н. В. Шапошников в дополнение к существовавшей коллекции выращиваемых на питомниках местных древесно-кустарниковых пород приступил к расширению и без того немалого питомного хозяйства - до 45 га. Поводом к тому было решение увеличить количество породного состава за счет иноземных высокго декоративных деревьев и кустарников. За два - три года им проделана большая организационная работа по приобретению семян и высеву их на грядках питомников. За период с 1908 г. по 1913 г. было разведено 70 видов древесно-кустарниковых пород, в т. ч. по происхождению:

  • Северная Америка - 23;
  • Западная Европа - 17;
  • Сибирь и Дальний Восток - 15;
  • Средняя Азия - 8;
  • Крым и Юг России - 7.

Питомники для выращивания саженцев древесно-кустарниковых пород создавались для учебных целей учащихся Лесной школы и как торговые посадочным материалом. Из запланированной площади питомников 45 га к 1913 году освоено было только 6 га. На этом расширении питомника было прекращено, так как энтузиаст по интродукции декоративных пород на Пензенскую землю лесничий Шапошников Н. В. по всей вероятностит неожиданно приказом по Корпусу лесничих был переведен с повышением в должности в Дагестанскую республику, где многие годы плодотворно занимался питомным хозяйством и разведением экзотических древесно-кустарниковых растений и был удостоен присвоения Президиума ВЦИК высокого звания Героя Труда.

Отъезд Шапошникова Н. В. из Пензы совпал с началом империалистической войны и последовавшей затем гражданской войны и революции 1971 г. в России, создавшие условия серьезных трудностей в дальнейшем развитии питомного хозяйства в Засурском лесничестве. Назначенный на должность лесничего Лабурцеф Ф. А. наверняка активно включился бы в  работу по интродукции новых пород, но обстоятельства военногго времени и революционных событий не позволяли продолжить дальнейшее пополнение коллекции древесно-кустарниковых пород и расширение питомника. В результате питомник как объект торговли посадочным материалом не состоялся.

После революции 1917 г. в соответствии с "Основным законом о лесах" от 27 мая 1918 г. вместо действовавших с 1826 г. лесничеств в составе местных органов Советской власти были созданы технические лесные органы, находившиеся в полном подчинении органам власти на местах и подконтрольные им. Исходящая документация по лесопользованию и прочим вопросам выходила за подписью председателя сельского или уездного Совета, а специалисты лесного хозяйства были лишь техническими исполнителями. Так продолжалось до 1923 года, когда вышел Лесной кодекс, согласно которому были восстановлены на местах лесничества как юридически самостоятельные низовые органы управления лесным хозяйством. Лесной кодекс 1923 г. в корне изменил структуру управления лесным хозяйством в правильном направлении.

Ведение лесного хозяйства и управление лесами лесничества было возложено, как и прежде, на лесничего. В помощь лесничему выделялся помощник лесничего. Для охраны лесов по объездам и обходам назначалась лесная стража: лесные объездчики и лесники. Сказалась знаменитая фраза В. И. Ленина: - "Лесных специалистов нельзя заменить другими без ущерба для леса и тем самым для всего народа; лесное хозяйство требует специальных технических знаний".

Лесничим, их помощникам и лесной страже разрешено ношение огнестрельного оружия и его применение в отношении задержания самовольных порубщиков, а также производства обысков и изъятия похищенным материалов и призывов граждан для тушения лесных пожаров, лесная стража пользовалась правами милиции. Лесник обязан был наблюдать во вверенном ему обходе за соблюдением правил об охоте и рыболовстве. Все виды рубок леса предусмотрено было производить по лесорубочным билетам, а прочие виды лесопользования по лесным билетам, в т. ч. и на производство охоты, выдаваемым лесничеством.

Контроль за работой лесничеств осуществлялся губернским лесным ревизором. Преход на дореволюционную систему упрвления лесами был продиктован не только целесообразностью восстановления исторической справедливости, но и огромной сложности, неразберихой в этом секторе экономики, сложившейся при фактическом отстранении в послереволюционный период от управления отраслью народного хозяйства специалистами лесного дела.

Пагубно отразилось на лесном хоязйстве провозглашенным Лесным декретом 1918 года объявление лесов всенародным достоянием. Крестьянское население, испытывавшее огромную нужду в лесоматериалах и дровах, бросилось в леса, чтобы хоть как то утолить голод за счет всенародного достояния. Жители с. Белокаменки, что в Колышлейском районе, массово выходили рубить лесопарк. Жемчужину Пензенского края удалось спасти благодаря мудрому решению губернатора и передачи парка (42 га) под опеку милиции. Наступило время восстановления порядка в лесах и лесопользовании лишь восстановлением лесничеств как органов управления лесами на местах.

Чтобы установить или хотя бы уменьшить самовольные рубки леса, достигавшее в 1923 - 1924 гг. только по составленным протоколам 44,1 млн. м3 в год, и причинявшие ущерб не только лесам, но и государственной казне в виде лесных доходов. В 1925 г. Советом Народных Комиссаров РСФСР и другими органами власти были приняты поставновления о снабжении крестьянства готовой лесопродукцией, заготовляемой лесничествами. Такой порядок отпуска древесины лесничествами примениялся со второй половины 19-го века, и это приносило доход казне и способствовало наведению порядка в лесу.

В январе 1925 г. лесной комиссией Госплана СССР был рассмотрен вопрос о хозяйственных лесозаготовках силами лесничеств в порядке рубок ухода за лесом, санитарных рубок и проведении других лесохозяйственных работ в целях снабжения крестьянства древесиной. Таким образом, был восстановлен и этот порядок, существовавший в течение более полувека в дореволюционное время, в том числе в Засурском лесничестве.

Лесозаготовки, или как их там называли "хозяйственные разработки" в лесничествах со второй половинй 20-го века считались естественным занятием лесных хозяйств, т. е. лесничих, по-скольку рубка леса, как писал позднее классик отечественного лесоводства Г. Ф. Морозов, есть синоним лесовосстановления и никто лучше лесничего не может знать как надо вырубить лес, чтобы на его месте вырос хороший молодняк.

В журнале "Лесовод" № 3 за 1929 год было опубликовано Положение, утвержденное Наркомземом РСФСР и Наркомфином РСФСР от 25 января для лесничеств, разрабатывающих весь годичный отпуск леса своим аппаратом и производящих продажу леса в разработанном виде. Цель реконструкции лесного хозяйства, такого направления предусматривала рационализацию всего лесного хозяйства, в основу которого должно быть положено более правильное использование запасов древесины, повышение производительности лесонасаждений, улучшение их качества, осуществление в полной мере лесовосстановительных процессов, увеличение лесного дохода и снабжение древесиной насления и предприятий.

Цитата из журнала "Лесовод" № 2 за 1928 г. "Устройство внешнее положение лесничества немыслимо без достаточных административных и хозяйственных прав. Для нормального выполнения производственных процессов лесничества должны быть самостоятельными".

Лесной кодек 1923 года исполнялся в правильно заданном ему направлении всего 4 - 5 лет. Наряду с таким развитием лесного хозяйства все больше нарастали дискуссии, о его новом реформировании. В результате 2-го февраля 1928 г. было принято постановления СНК СССР "О мерах к упорядочению лесного хозяйства", состояние которого характеризовалось как не отвечающее современным требованиям. Согласно данному постановлению создавались лесхозы на базе существовавших лесничеств. Так ознаменовался 100-летний юбилей созданных в 1826 г. лесничеств.

Статус лесничего как руководителя низовой производственной единицы с полномочиями юридического лица передавался во вновь создаваемый вышестоящий орган - лесхоз, а название реформируемым лесничествам добавлялась приставка - участковые. Таким образом, основы деятельности лесничего как хозяина и организатора осуществления производства лесохозяйственных мероприятий у него были изъяты. Основные мотивы реформирования: выход деловой древесины на разрабатываемых в лесничествах лесосеках черезвычайно низок. Укрупнение хозяйственных единиц с правом юридического лица позволит рационализировать эту проблему в сторону улучшения. В названном постановлении СНК излагались фантастические идеи: "Когда в рубку поступают лиственные насаждения, на которых без временного сельскохозяйственного пользования трудно создать насаждения желательного типа, рубка большими площадями даст возможность организовать на таких площадях сельскохозяйственные пользования, получив, таким образом, комбинат сеслького и лесного хозяйства". Такое толкование было настоящим заблуждением. В постановлении особо подчеркивается наделение крупных лесозаготовителей, получающих лес в долгосрочное пользование, обязательствами применения таких методов и способов рубки леса и очистки лесосек от порубочных остатков, при которых было бы обеспечено естественное возобновление в максимальной степени. Использование леса должно быть соразмерно с его производственными силами; это требование постановления СНК истолковывалось как осуждения укоренившейся практики крупных государственных лесозаготовителей хищнического подхода к использованию леса. В целом постановление СНК направлено на незыбленность основ правильного ведения лесного хоязйства и соразмерности лесопользования с дальнейшим развитием вопросов отпуска леса лесхозами в готовом виде, как населению, так и промышленным предприятиям.

Реформа лесоуправления была продолжена постановлением Совнаркома СССР от 31 июля 1930 годв, в результате которого все леса страны были разделены на зоны лесокультурного значения (леса средней полосы и юга) и лесопромышленную, в которую включены остальные леса. В центре лесокультурная зона была оставлена в ведении Наркомзема, для лесопромышленной зоны при СНК создан новый орган управления - Союзлеспром. На местах в лесокультурной зоне лесхозы, в леспромышленной - леспромхозы. Пензенская область была включена в лесопромышленную зону. Но вскоре в выходом постановления Совнаркома СССР от 15 декабря 1931 г. последовала новая еще более глубокая реформа: создан Главлеспром ВСНХ, который с января 1932 г. переформирован в Наркомат лесной промышленности. В результате этих преобразований все леса страны перешли в полное подчинение Наркомата лесной промышленности, на региональном уровне были сформированы лесотресты. Леспромхозы Пензенской области вошли в состав треста "Средлес", располагавшегося в г. Куйбышеве (ныне г. Самара). На этом лесохозяйственная отрасль страны прекратила свое самостоятельное функционирование.

Засурское лесничество в 1926 году было передано Пензенскому лесному техникуму как учебно-опытное хозяйство. Но в 193о г. лесничество лишено такого статуса и было включено в состав организовавшегося Пензенского леспромхоза треста "Средлес". Леспромхоз распределялся не на лесничества, а на участки - учлеспромхозы. Заведующий учлеспромхозом непосредственно подчинялся директору леспромхоза. Разделение учлеспромхоза на объезды и обходы производилось директором леспромхоза с учетом, прежде всего интересов заготовки и вывозки леса.

Для организации проведения лесозаготовительных и лесохозяйственных мероприятий непосредственно на местах работ в 1931 г. была выпущена специальная инструкция под заголовком "Спутник лесной стражи", объемом 230 стр. В этой книге подробно излагается порядок осуществления каждого вида работ. По данной инструкции в обязанности лесника и объездчика включено участие в отводе и таксации лесосек, контроль за правильностью разработки лесосек, приемка, учет, отпуск и охрана заготовленной лесопродукции , охрана леса от пожаров, лесонарушений и от насекомых - вредителей, соблюдение установленных правил об охоте и рыболовстве в обходе, выращивание посадочного материала в питомниках и его отпуск, наблюдение и руководство по очистке мест рубок, за естественным возобновлением вырубок. Раздел инструкции по лесным культурам изложен без указаний, каких-либо обязанностей лесника и объездчика или их участия в проведении этих мероприятий.

Леспромхоз непосредственно подчинялся тресту "Средлес", осуществлявшем руководство лесной промышленностью и лесным хозяйством в комплексе в ряде областей Средневолжского края. О незыблемости основ правильного ведения лесного хозяйства и соразмерности лесопользования, что особо подчеркивалось в постановлении Совнаркома от 2 февраля 1928 г., с организацией леспромхозов было забыто. Лесоустройство считалось приносившем вред народному хозяйству, и оно было заменено простым обследованием лесов с целью главным образом выявления ресурсов древесины. Были введены сплошные концентрированные рубки целыми кварталами. Принцип постоянства, непрерывности и равномерности пользования лесом был заменен принципом полного удовлетворения потребностей народного хозяйства в древесине. Лесопромышленники гордились тем, что они теперь осуществляют полное единство всех элементов лесного хозяйства от лесоэксплуатации до лесовыращивания. Однако как свидетельствуют результаты производственной деятельности Пензенского леспромхоза, практическая работа коллектива, предприятия, в том числе и лесная стража, лесники и объездчики, была направлена почти полностью на выполнение ежегодно возрастающей программы лесопромышленного профиля. О том, что это было действительно так, приведем конкретные примеры. Лесоустройством Пензенского лесхоза с 1939 по 1940 гг. установлено, что в бытность Пензенского леспромхоза в пригородных лесах срублено 6,2 тыс. га леса. Лесные культуры созданы на площади 1974 га, которые по проценту отпада распределяются следующим образом (таблица 1).

Таблица 1 - Распределение лесных культур по проценту отпада

Из приведенных данных лесоустройства видно, что из 1974 га культур посадки 1928 - 1936 гг. сохранность свыше 85 % имеют только 10 га, сохранность свыше 60 % - 395 га, а погибших и неудовлетворительных 1569 га - 79,5 %. Прокомментировать столь плачевное состояние лесовосстановления можно словами Г. Н. Моисеева из его статьи "Очередные задачи лесного хозяйства", опубликованной в журнале "Лесное хозяйство и лесоэксплуатация" № 3 за 1936 год: "В кладовых леспромхозов мы имеем все, что угодно, нет только лесокультурного инвентаря. Планы и мероприятия по лесному хозяйству выполняются на местах плохо, а использовать механизмы, работающие на лесоэксплуатации (лесохаготовках) также и для лесокультурных работ, многим не приходит в голову".

Доказательством плохого проведения на местах лесохозяйственных мероприятий может служить, в частности, очиста лесосек, которые в 1934 г. по Союзу в целом составила 55 % от плана. Ряд леспромхозов бессистемной вырубкой и безобразным отношением к очистке лесосек ухудшили состояние насаждений и тем самым значительно осложнили работу как на лесоэксплуатации, так и в еще большей степени по лесному хозяйству. И еще цитата из статьи "Организация узловых тракторных баз" того же журнала (автор К. И. Эзер): "Посортиментная структура лесозаготовительной программы требовала в основном проведения выборочных рубок с тем, чтобы полностью и в первую очередь обеспечить получение пиловочной древесины, объем которой составил в 1933 - 1936 гг. 64 - 75 % от общего плана лесозаготовок". Так Г. Н. Моисеев и К. И. Эзер характеризовали состояние подведомственному Наркомату лесной промышленности лесного хозяйства страны. Однако недолгим было лесное хозяйство под гнетом лесопромышленников.

Постановлением от 2 июля 1936 г. при Совнаркоме СССР было образовано Главное управление лесоохраны и лесонасаждений, в результате лесокультурная зона была расширена, лесозаготовительные предприятия переданы Наркомлесу, в том числе трест "Средлес" и Пенезнский леспромхоз; Пензенская область была выведена из леспромышленной зоны и на ее территории образованы 86 лесничеств в составе 18 лесхозов. Лесокультурная зона занимала около 10 % лесов страны. Но это было начало прекращения истребления лесов. Окончательно с этим было покончено созданием в 1947 г. Союзно-республиканского Министерства лесного хозяйства СССР, равнозначного с другими в Совете Министров страны. С лесной промышленности были сняты обязанености проведения обременительных лесохозяйственных работ и за соблюдением порядка лесопользования ее предприятиями установлен контроль Министерством лесного хоязйства, которое обрело своего настоящего хозяина, как в центре, так и на местах. У коллективов всех предприятий образовалась сфера деятельности, свободная от конъюнктурных тенденций в лесном деле.  Особо памятна деятельность этого Министерства выполнением "Плана полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительство прудов и водоемов для обеспечения высоких и устойчивых урожаев в степных и лесостепных района европейской части СССР". Пенезнские лесоводы были активными участниками выполнения этого плана, названного в народе "Сталинским планом преобразования природы". Около ста тысяч гектаров полезащитных полос той поры на Пенезнской земле работают на урожай. Среди них особо выделяется лесополосы из тре лент шириной по 60 м, протянувшаяся от Пензенского района до г. Каменка Ростовской области. На Пененском восьмедесяти километровом участке площадью 1,5 тыс. га, высота дуба, ясеня, березы, лиственницы и других пород достигает 20 - 25 метров, под пологом насаждений лесополосы настоящая лесная среда. Но, несмотря на явное превосходство административно-хозяйственной структуры Министерства Лесного хозяйства по сравнению с предшествовавшими структурами, просуществовало оно всего 6 лет. После смерти И. В. Сталина в марте 1953 г. Минлесхоз СССР был упразднен. Вся система лесного хозяйства была передана в ведение Министерства сельского хозяйства, в составе которого было создано главное управление лесного хозяйства и полезащитного лесоразведения. Почему это произошло? Ответ на этот вопрос в исторической литературе отсутствует. Никакая полемика этому не предшествовала. Так распорядился Никита Сергеевич Хрущев! На плечи Минсельхоза легла непосильная ноша, продолжавшаяся 6 лет. Все эти годы в верхних эшелонах власти шли бурные дискусии между руководителями, их заместителями и учеными о нецелесообразности слияния в одно ведомство двух важнейших народохозяйственных отраслей.

Перевес в спорах был на стороне тех, кто был за самостоятельность органов управления лесным хозяйством, как в центре, так и на региональном и низовом уровне. В ноябре 1959 г. при Совете Министров РСФСР создано Главное управление лесного хозяйства, предприятиям которого вменялось в обязанности вести и лесозаготовки в малолесной зоне, но в многолесных регионах леса были переданы в ведения совнархозов, где лесное хозяйство оставалось по прежнему в составе леспромхозов, и практически в подчинении лесопромышленников. Поэтому борьба лесоводов за полное отделение лесного хоязйства продолжалось.

Наконец в 1965 г. правительством РСФСР принято решение о преобразовании Главлесхоза РСФСР в Минстерство лесного хозяйства с передачей в его ведения всех лесов России. А на общегосударственном уровне в 1966 г. был создан Государственный комитет лесного хозяйства при Совете Министров СССР. Так через 30 лет состоялось повторное освобождение лесного хозяйства от кабалы лесопромышленников. Лесное хозяйство обрело свой исконный статус: ведать лесами и рационально использовать, растить их и ухаживать за ними. На этот раз самостоятельность отрасли была более продолжительной - до 1992 г., когда забурлила в России перестройка всего народного хозяйства, в ходе которой Министерству лесного хозяйства не нашлось места среди значимых органов власти, и его отодвинули на задворки Министерства природных ресурсов, переименовав в комитет по лесу, а затем в Федеральное агенство лесного хозяйства, которое ютится на этих задворках до сей поры, лишенное распорядительных и производственных функций. Перестройка породила повышенный интерес у предпринимателей к природным ресурсам, лесные ресурсы причислены к естественно возобновляемым, а потому их воспроизводство отодвинуто в сторону. Поводом к такому изменению системы управления лесным хозяйством были результаты "проверки" ведения лесного хозяйства небезизвестным в своих греховных делах Российским отделением "Гринпис", проводимым в Ленинградской области за год до начала перестройки. К удивлению для всех гринписовцы заявили: это не порядок, если лесхозы сами леса растят, ухаживают за ними, охраняют от браконьеров и насекомых, ведут лесозаготовки. На волнах перестройки эта смута была подхвачена как недозовлительная роскошь лесхозов и вековые устои лесохозяйственного производства пошатнулись в сторону их разрушения. Основами лесного законодательства в 1994 г. и Лесным кодексом 1997 г. лесхозам было запрещено проведение рубок главного пользования и переработки древесины. А лесным Кодексом РФ 2006 г. лесхозы как органы управления лесным хозяйством на местах вообще ликвидированы, вместо них созданы лесничества, а бывшие лесничества стали участковыми лесничествами. Если бы ограничилась очередная реформа только этим, существенных изменений в состоянии лесных дел не произошло бы. Но бывшие лесхозы, а теперь лесничества наделены теперь только функциями передачи леса в арендуи контрольными за исполнением арендаторами лесного законодательства. Лесников и мастеров леса в лесничествах теперь нет, так как исполнение всех лесохозяйственных работ и охраны леса возлагается по договору арендатору. А если какие то участки лесов не переданы в аренду, то исполнение всех видов лесохозяйственных работ передается любому желающему лицу по контракту, т. к. лесничество самостоятельно выполнять не имеет права. По закону на бумаге все расписано будто - бы не плохо. Но беда в том, что у теперешнего лесничего нет никаких средств повлиять на исполнителей в срок, и сполна и качественно исполнять взятые по договору обязательства, крому судебных, которых за девять лет действия лесного коденкса ни одного случая не было. Авторитет лесничества, да и самого лесничего на нуле. Да и откуда ему взяться? Согласно статьи 23 Лесного кодекса 2006 г., лесничества являются территориальными единицами управления в области использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов. Но фактически на деле у лесничего никаких полномочий для управления лесным хозяйством нет. Он может, например, в договоре об аренде участков лесного фонда указать площадь и выды рубок ухода. При осуществлении контроля за исполнением договора по выявленным недостаткам у него нет никаких средств, для их устранения, кроме судебной тяжюы, результаты которой и при их фактическом подтверждении не в состоянии обеспечить устраения недостатков из-за длительности прохождения судебных процедур. Составление договора не относиться к средствам управления. По В. И. Далю: "Управлять - это значит править, давая ход, направление; распоряжаться, быть хозяином, распорядителем". У лесничего по законодательству фактически ничего этого нет и никакие другие органы управления лесным хозяйством, как на центральном, так и на областном уровне в Лесном кодексе не значатся. Таким образом, Лесной кодекс безымянный. Таково новаторство в современном лесном законодательстве, которым лесное хозяйство отдано на откуп бизнесу, а что такое бизнес? "Бизнес - дело, занятие, торговля, коммерция, связанные с предпринимательской деятельностью и личной наживой". (Словарь иностранных слов. М. 1955 г.) С лесным хозяйством такое практически не совместимо.

В Лесном кодексе немало правильных слов о неистощительном лесопользовании, воспроизводстве лесов, охране, от лесонарушений, щащите от вредных насекомых и болезней, о полезности водоохранных свойств, экологической значимости и т. д. Основу кодекса составляют вполне справедливые требования по всем направлениям функционирования лесного хозяйства. Однако все требования безадресны в сфере обязательств по их предъявлению и исполнению. А это означает, что корабль под названием "Лесное хозяйство" без компаса, а потому он плывет без конкретно заданного направления, а потому надежды на его благополучное плавание практически нет. Даже Гринпис России, однажды сделавший "подсказку" на подобное плвание лесному хозяйству в "Лесной газете" от 8 июня 2010 г.  выступил с содержательной критикой существующего лесного законодательства. В статье Гринписа совершено справедливо отмечается, что реформы лесного сектора последнего десятилетия нанесли громадный ущерб развитию лесного хозяйства России. Лесной кодекс 2006 г. и многие основанные на нем нормативно-правовые акты лесного хозяйства не совместимы с современным представлением о правильном лесном хозяйстве и нормами здравого смысла, не обеспечивают у лесничеств и лесопользователей мотивации к эффективному упрвлению лесами. Изъятия полномочий по охране лесов у лесничеств, фактическая ликвидация системы лесных обходов способствует формированию у населения отношения к лесу как к бесхозному, неохраняемому государственному имуществу. Защитное лесоразведение лесным законодательством не регулируемая, фактически оно находится в заброшенном состоянии.

Для нормализации положения дел в лесном хозяйстве в статье Гринпис России предлагается создать самостоятельное федеральное ведомство, отвечающее за охрану лесов и государственный надзор за соблюдением лесного законодательства, восстановить государственную лесную охрану, организовать разработку нового лесного законодательства силами квалифицированных специалистов.

В той же "Лесной газете" от 17 апреля 2010 г. опубликовано обращение к президенту РФ руководителей 14 союзов лесопромышленников России Республики Коми, Республики Карелия, Вологодской области, Красноярского края и других с предложением: образовать самостоятельный федеральный орган исполнительной власти - Министерства лесного хозяйства и лесной промышленности Российской Федерации которому определиить в качестве первоочередной задачи анализ практики применения действующего Лесного кодекса, разработку и принятия нового Лесного кодекса.

Доктор биологических наук Евгений Перцев в передовой статье "Лесной газеты" от 23.08.2008 г. под заголовком "Хочется верить" писал: "чем больше вчитываешься в новый Лесной кодекс и регламенты изданные на его основе, тем больше понимаешь, что новый Лесной кодекс действительно "новый", современный, ничего общего не имеющий с историей развития в России отрасли "Лесное хозяйство", ничего общего не имеющий с лесоводственной научной школой, которое более двухсот лет накапливала опыт и вырабатывала нормативы научно обоснованного лесоуправления и ведения лесного хозяйства".

По поводу несамостоятельности нового "Лесного кодекса" множество публикаций в "Лесной газете" и других изданиях подготовлено лесными академиками Н. А. Моисеевым, А. И. Писаренко, И. В. Шутовым и другими учеными и производственниками. Но, несмотря на это, на вполне очевидную справедливость аргументов "новый" Лесной кодекс, устремленный вкось, продолжает оставаться непоколебимым. "Давши в самого начала административно направление вкось, оно впоследствии все больше будет отдалять его от прямой линии ("Салтыков-Щедрин", "Медведь на воеводстве") . Лесное хозяйство настоящего времени и движется в подобном направлении. "Лесной Устав", подписанный Александром I в 1802 г. три года спустя после создания Лесного департамента просуществовал сто пятнадцать лет, избравший с самого зарождения верное направление правильного ведения лесного хозяйства; он многократно изменялся и дополнялся с учетом изменявшихся обстоятельств, но главное направление было неизменным - совершенство методов и способов развития отрасли. В советское и постсоветское время в течение вот уже почти столетнего периода лесное хозяйство по воле законодателей многократно и глубоко реформировалось и до сей поры не обрело стабильности.

Полезно для истории лесного дела высказывание русского ученого 19-го века Ф. К. Арнольда: "Из всех работающих на нас машин лес - одна из саммых долговечных, но труднее всего поддающихся починке. Поэтому лесная наука должна руководствоваться мыслью о необходимости точного расчета и порядка в пользовании лесом". Здесь также следует вспомнить слова замеачательного русского ученого - лесовода М. М. Орлова: "Ничто так не вредно в лесном хозяйстве, как метание из стороны в сторону, постоянная смена направлений, которя приводит к топтанию на месте". В конце двадцатых годов советского времени лесное хозяйство резко отклонилось в сторону нарушений научно обоснованных правил и нормативов лесопользования, увеличив объем ежегодных лесозаготовок в 2 раза против расчетных размеров, а в малоленой зоне в 4 раза. В 1936 г. и 1947 г. эта противоправная сторона вопроса была приторможена и широко развернута работа по упорядочиванию и восстановлению, как в старину говорили, правильного ведения лесного хозяйства с ходом грандиозного плана полезащитного лесоразведения, получившим название в народе плана и преобразования природы. Но в 1953 г. эта научно обоснованная эпопея рухнула в бездну по единоличному велению Никиты Хрущева.

Система лесного хозяйства в упадочном состоянии на задворках Министерства сельского хозяйства барахталось до 1959 г., когда лесное хозяйство, освободившись от гнета невежд аграриев, снова восприняло духом, а в 1965 г. повторно обрело независимость в управлении отрасли. За этот почти тридцатилетний период были залечены все раны предыдущих падений, не осталось лесных пустырей, лесовосстановление поспевало вслед за рубкой, размер которого был упорядочен в рамках не истощительного пользования; долгожданная механизация трудоемких лесных работ была отлажена по последнему слову техники не только на лесозаготовках, но и на лесоразведении, на питомниках по выращиванию посадочного материала и т. д. Несмотря на это, последние десять лет лесное хозяйство снова оказалось в пучине разрухи и страданий преданных лесному делу специалистов, в числе немногих, остающихся у разбитого корыта. На этот раз такая участь постигла лесное хозяйство по воле законодателей, состряповших такой закон, по которому оно нормально функционировать не может. Но рано или поздно, починка лесного хозяйства будет. Хорошее дело может продолжаться вечно, а разрухи конец неизбежен и чем раньеш такой конец, тем меньше отключение неправильно заданной прямой линии и тем меньше вреда и потерь экономических, кадровых и т. д.

Наш продолжительный рассказ об истории падений и подъемов лесного хозяйства полностью и к Засурскому лесничеству. Лесничество организовалось полтора века назад как образцовое, самое лучшее в Пензенской губернии и одно из лучших в России. Благодаря этому при Засурском лесничестве в 1888 г. была открыта одна из немногих в России лесная школа, которая с 1921 г. стала лесным техникумом. До 1917 г. леса лесничества были учебной базой для учащихся лесной школы. После революции такой статус лесничества был аннулирован, и вновь восстановлен в 1925 г., а с 1928 г. включено в состав организованного Пензенского леспромхоза треста "Средлес" и подвергалось усиленной лесоэксплуатации как и другие лесничества. С 1925 по 1928 гг. Засурское лесничество находилось в ведении Пензенского лесного техникума как учебно-опытное хозяйство. За этот короткий период преподавателями техникума заложено много опытов по наиболее важной теме - изысканию наиболее рациональных способов воспроизводства леса самой ценной породы - сосны. Поводом к этому послужило то обстоятельство, что в результате применявшихся в лесничестве в дореволюционное время сплошных, чересполосных и кулисных рубок по хвойному хозяйству лесосеки на площади свыше 4000 га возобновились лиственными породами, а посадки лесных культур сосны по плужным бороздам более 600 га погибли, не смотря на проводившиеся осветления. Наибольший интерес, в том числе и для современной практики, представляют результаты опыт и проведения двух приемных постепенных рубок, заложенного в 1928 г. преподавателем Пензенского лесного техникума К. А. Филатовым в кв. 229 Засурского лесничества. Постепенная рубка проводилась в два приема: при первом вырубается 50 % запаси или 70 % общего числа стволов, при втором приеме остальные 50 % запаса, 30 % по числу стволов. Второй прием, т. е. окончательная рубка, проводится через 3 - 4 года после первого. Очиста лесосеки производится складированием небольшие кучи числом до 200 на 1 га, с последующим сжиганием, что позволяет получить дополнительное возобновление на местах сжигания куч. Между этими маленькими площадками равномерно подготавливаются минерализованные площадки размером 50 м3 в количестве 900 шт./га. Проведенное через 10 лет после первой рубки К. А. Филатовым, обследование показало успешность естественного возобновления - до 13 тыс. шт. сосенок высотой до 2,5 м на 1 га, в том числе 5,6 тыс. шт. хорошо развитых (44 %), 3,8 тыс. шт. среднеразвитых (29 %) и 3,6 тыс. шт. слабо развитых (27 %). (Подробности в статье К. А. Филатова в журнале в "Защиту леса" № 6 за 1938 г. под заголовком "Возобновление сосны" в сложных борах с липовым ярусом").

Проведение постепенных рубок весьма заманчива тем, что отпадает надобность посадки культур. К тому же естественное возобновление более надежно в сохранности насаждения от засухи, от ошибок в технологии посадки культур и т. д. К сожалению, опыт проведения постепенных рубок Засурского лесничества не получил распространение. В лесоустроительном проекте плана лесного хозяйства Пензенского лесхоза за 1940 год содержится описание множества опытов по проведению научно-исследовательских работ по постепенным рубкам и лесным культурам, которые выполнялись лесным техникумом в Засурском лесничестве. Результаты опытов не утратили актуальности в настоящее время, их можно и целесообразно применять в практической работе. В журналах "Лесное хозяйство" № 6 за 1939 г. и № 5 за 1940 г. есть подробные публикации профессоров Ф. Т. Дитякина и Д. И. Морохина о результатах проведения в 1880 - 1908 гг. постепенных рубок в сосновых лесах ряда областей Среднего Поволжья. Названные авторы обследования выполняли спустя 25 - 30 лет после проведения рубок и установили, что такой способ рубки леса позволяет получить надежное естественное возобновление сосны. Но, несмотря на имеющийся немалый положительный опыт, в том числе и Засурского лесничества, постепенные рубки среди лесоводов в настоящее время забыты.

Выращивание сосновых насаждений осуществляется во всех лесничествах области только путем посадки культур сеянцами. А устойчивость искусственных насаждений от неблагоприятных климатических факторов ниже по сравнению с насаждениями естественного происхождения по причине, прежде всего невозможности, технологически при посадке обеспечить правильное распределение корневой системы сеянцев в почве, а зачастую и в питомниках из-за чрезмерной густоты посевов корневая система сеянцев формируется не надлежащего качества.

Все многообразие производственной деятельности лесничества направлено к главной цели - выращивание высокопродуктивных насаждений. Поэтому основополагающему показателю Засурское лесничество было образцовым с начала его организации в 1864 г. и до 30-х годов прошлого века, когда Пензенский леспромхоз леспромышленного треста "Средлес" вырубил все образцовые насаждения и на их месте оставил пустыри. С той поры минуло 80 лет. Можно гордиться тем, как далеко за этот период продвинулась лесная наука, особенно по части механизации лесохозяйственных работ. На вершине этих достижений находится технологи выращивания сеянцев в питомнике, разработанная А. П. Шадриным с участием Пенезских лесоводов, освободившая полнсотью применение ручного труда и позволяющая выращивать сеянцы с хорошо развитой мочковатой корневой системой. Однако применение научных достижений и богатого опыта прошлого в лесохозяйственной практике осуществляется неэффективно и непоследовательно, а потмоу решения главной проблемы - выращивание высокопродуктивных насаждений существенно ниже ожидаемых и желаемых. Приводим данне лесоустройства за последние 85 лет о продуктивности хвойных насаждений Засурского лесничества по сравнению соответствующими данными, когда это лесничество продолжало быть образцовым (таблица 2).

Таблица 2 - Продуктивность хвойных насаждений, тыс. м3/га

Из приведенных данных видно, что продуктивность спелых сосновых насаждений Засурского лесничества к 2015 г. по сравнению с 1890 г. составила 44,3 %, а по сравнению с 1940 г. - 74,8 %.

Продуктивность приспевающих древостоев к 2015 г. снизилась до 71,1 %, а по сравнению с 1940 г. составила 78,0 %. Запас древесины в средневозрастных насаждениях к 2015 г. по сравнению с 1890 г. составил 115,0 %, а по сравнению с 1940 г. - 117,4 %. Наиболее значительное снижение запаса древесины в расчете на 1 га произошло в спелых насаждениях, в начале 1990 годов, т. е. с момента запрещения проведения рубок главного пользования лесхозами и с появлением арендных отношений в лесном хозяйстве. В этот же период существенно снизился запас древесиныв приспевающих насаждениях. Значительное снижение запаса древесины в приспевающихщ и спелых насаждениях может быть объяснимо чрезмерным увлечениием интенсивности при проведении проходных и санитарных рубок, в чем весьма заинтересовано предпринимательское сообщество, а в средневозрастных насаждениях запас древесины на гектаре, наоборот, значительно повысился. Это объясняется тем, что арендатор не заинтересован в получении мелкотоварных сортиментов, на заготовку которых затраты денежных средств значительно превышают выручку от их реализации, может и полното отсутствия сбыта. Кромет того, арендатор, наделенный лесным законодательством правами самостоятельной отборки, деревьев в рубку при проведении рубок ухода, санитарных и выборочных рубок сочтет наиболее приемлемой для себя заготовку высококачественных сортиментов, не считаясь с природоохранными интересами сохранения подроста, водоохранных и защитных свойств насаждений. Четверть века назад на заре перестройки и перехода к рыночным отношениям Гринпис России на основе беспочвенных обвинений лесхозов провозгласил несовместимость их деятельности с правами заготовки и переработки древесины. Последнее лесное законодательство, ликвидировав лесхозы, лишило лесничества права и ведения лесного хозяйства, наделив их лишь контрольными функциями.

Лесной фонд Засурского лесничества общей площадью 6,7 тыс. га полностью относиться к защитным лесам, в которых сплошные  рубки запрещены. Все лесохозяйственные мероприятия - рубки ухода, санитраные рубки, лесовосстановление, в том числе и агротехнические уходы, выполняются на контрактной основе. Все объемы работ, предусмотренные лесоустроительным регламентом ежегодно выполняются. Но, не смотря на это, продуктивность наиболее ценных хвойных спелых насаждений по сравнению с продуктивностью советского периода снизилась на 25 %, а по сравнению с дореволюционным периодом в два с четвертью раза.

Примерно такое же соотношение продуктивности и по приспевающим насаждениям. А в средневозрастных насаждениях, наоборот, продуктивность выше сравниваемых прошлых периодов. Этот показатель - свидетельство наличия потенциала быть засурским борам в спелом возрасте максимально высокопродуктивными и образцовыми до 600 - 700 м3/га. А показатели по приспевающим и спелым насаждениям настоящего времени свидетельствуют об обратном, образующим барьере на пути развития потенциала продуктивности леса а желанной цели.

Этот барьер разорения лесного хозяйства по отрасли возведен частично "Основами лесного законодательства Российской Федерации" 1993 г. и "окончательным" Лесным кодексом Российской Федерации 2006 г. Первым из этих государственных законодательных актов запрещено лесхозам проведения рубок главного пользования и переработку древесины, а вторым лесхозы упразднены, а лесничества и в их составе государственных служащие отстранены от выполнения своих лесохозяйственных функций. При таком положении дел желание лесничего обеспечить должный порядок неосуществим.

В истории лесного хозяйства XX века было два падения. Первое в конце 20-х превой половине 30-х, которые в 1936 г., было исправлено частично, а в 1947 г. полностью. Затем в 1953 г. снова резкое падение, а с 1959 по 1965 гг. постепенный подъем, державшийся около трех десятков лет. Оба падения были спровоцированы лживыми обвинениями лесного хоязйства в несуществующих нарушениях в осуществлении своих полномочий. Но лживость и обман вскоре обнаруживалось. "Шило в мешке не утаишь", а потому лесное хозяйство в 1936 - 1947 годах и в 1959 - 1965 годах восстанавливалось на правильный путь своего  развития, чем подтверждалась ошибочность реформирования. Но, несмотря на это, четверть века назад мы снова наступили на те же, грабли. Не пора ли извлечь уроки истории? Состояние разрушения лесного фонда настоящего времени Засурского лесничества характерно для всей отрасли лесного хоязйства. Пример Засурского лесничества в его конкретном виде подтверждает многочисленные выступления в печати выше названных ученых лесоводов высшего ранга и производственников необходимости восстановления самостоятельности лесохозяйственной отрасли. Об этом же теперь свидетельствуют и недавние публикации того же Гринпис России. Только при самостоятельном функционировании возможно  развитие в правильном направлении по повышению качества и продуктивности лесов, лесничествам обрести престиж, а Засурскому лесничеству стать образцовым как в далекие прежние времена.

А. Т. Степанов

Заслуженный лесовод России,

Почетный работник леса,

Кандидат сельскохозяйственных наук.

Н. В. Сысоев

Заслуженный лесовод России,

Почетный работник леса.

г. Пенза